Европейские Каникулы (III). «Париж для того, чтоб ходить по нему…»

Париж для того, чтоб ходить по нему,
глазеть на него, изумляться,
грозящему бездной концу своему
не верить, и жить не бояться.

И чтоб, подавив народившийся крик,
и вздрогнув, и высушив слезы,
укрыться от правды хотя бы на миг,
и от переделкинской прозы.

Он благоуханием так умащен,
таким он мне весь достается,
как будто я понят уже и прощен,
и праздновать лишь остается.

Париж для того, чтоб, забыв хоть на час
борения крови и классов,
войти мимоходом в кафе "Монпарнас",
где ждет меня Вика Некрасов.

Булат Окуджава 

(тут читает автор)

Итак, Париж начался еще на автовокзале в Жироне. Наступала ночь, становилось одиноко и прохладно. Вокруг стала собираться толпа африканских женщин с малолетними детьми, парочка арабских семей и несколько девочек-подростков с цветными чемоданами. Автобуса все не было. Я приготовила себе два развлечения на время дороги (12 часов!!!) – музыку и еду. Правда, запасы и того, и другого недолго оставались неприкосновенными – я обратилась к ним еще до того, как автобус принял меня на борт. Полсуток дремоты, остановок, очередей в туалет в придорожных кафе, затекших конечностей, разнообразных автобусных запахов и попыток устроиться поудобнее – и я в Париже.

В Париже – с корабля на бал. Самой близкой к автовокзалу достопримечательностью оказалось кладбище. Père-Lachaise. Около него мы и встретились с Аней и Сашей. Выпили кофе в уличном кафе, как заправские парижане – сидя в ряд лицом к прохожим, и отправились на кладбище - распространять флюиды уважения и признательности великим умершим. Зайдя, мы долго изучали план, нам казалось, что мы что-то запомнили, но скоро мы поняли, что ошибались. Пройдя этот лабиринт почти насквозь, мы не встретили ни одной известной могилы. Тогда решили выйти, чтобы купить план, но в эти наши планы (простите за каламбур) вмешался голод. И мы переключились на поиски «символа кебаба» (как метко выразилась Alexandra Ershova-Platt). Наелись, согрелись. Или даже почти как Дюймовочка - кебаб был немаленький). Сфотографировались в фотоматоне…

…и начался новый квест – «найтись в Париже с Леной и Лешей». У Оперы в 6. То есть, у фонтана в 5. Хотя нет, у обелиска Конкорд в 5 40. Поменяв место и время встречи бесчисленное количество раз, мы все-таки встретились. Продолжая политику невитого сена, мы отправились добывать себе французского вина, сыра и багета.

Деликатного характера полезное замечание – парижские уличные туалеты. Они бесплатны и удобны, но загадочны и вызывают у бедных неопытных туристов весьма смешанные чувства. Потому что процесс долгий, кнопочек несколько, читать объяснения всем лень, да они и далеко не на всех языках. 

В общем, не без разногласий мы все-таки приобрели все необходимое для парижского пикника и пошли в Люксембургский Сад. Но только мы расположились, раздались свистки жандармов – сад закрывается – нас ждут завтра. Нам ничего не оставалось делать, кроме как весьма по-парижски спуститься к Сене и пить вино прямо на набережной, радостно приветствуя проплывающие мимо суда. Так завершался мой первый день в Париже. На повестке дня (то есть, вечера) стояло только научиться пользоваться пригородными электричками – RER, добраться до Анькиного пригорода и снова плотно поужинать. Bonne nuit!

Я очень люблю ходить пешком, шагать по улицам, слушать городской шум (особенно, если в нем не преобладает рев моторов). Именно этим я занималась в последующие дни, прочесывая улитку парижских arrondissements. Монпарнас, Латинский квартал, Монмартр, Маре, Елисейские поля, Марсово поле – все это постепенно переставало быть просто словами. Городские фрагменты складывались в мозаику в стиле Гауди: торговцы старыми книгами не берегах Сены, уличные кафе, crêperies, узкие улицы, бесконечная винтовая лестница на станции метро Abbesses и светящаяся карусель на выходе из нее, велосипеды, очень разные люди, цветочные рынки, голуби, Sacré Cœur и люди, стекающие или скатывающиеся по многочисленным переулкам с манмартрской горы в центр (как металлические шарики в игре-лабиринте), еврейские лавочки, арабские забегаловки, запутанный Châtelet, огромные торговые галереи, сувенирные лавки, туристы с открытыми объективами и ртами, светло-белые теплые крыши… Вообще, мне очень захотелось пересмотреть «Амели», «Париж, я тебя люблю», перечитать «На берегах Сены» и вообще, пропитаться всей этой атмосферой. Мы с Анькой даже посмотрели «Полночь в Париже», правда, не впечатлились…

Отдельно хочу сказать о Sainte-Geneviève-des-Bois и (моем) русском Париже. Странные ощущения – то ли болит Родина, которую у нас украли, то ли это параллельная реальность – как в тех фильмах, где развивается несколько сюжетных линий в зависимости от мелкого выбора главного героя. Обо всем этом я думала, гуляя в сторону Парижского собора Александра Невского, разглядывая его старинные иконы и слушая рассказы смотрительницы и мальчиках-белогвардейцах, попавших в Париж без гроша в кармане, а часто и без знания языка. Об этом же я грустила, пересаживаясь с одной электрички на другую, чтобы добраться до нужного пригорода (кладбище это не в самом Париже). Потом мучила свой французский, чтобы понять на каком автобусе доехать до самого кладбища и подняла на уши половину пассажиров, чтобы не проехать нужную остановку, и наконец, пройдя мимо стоящего на отшибе поселка железобетонного бассейна, я оказалась почти в России. Русские могилы, русская церковь, русские посетители, такие знакомые имена на камнях… Мережковский, Бунин, Тэффи, Газданов, Некрасов… На обратном пути с кладбища вышел курьез – я случайно ушла в соседнюю деревню. Я вроде бы запомнила, как ехал автобус и решила пройти до станции пешком, но в какой-то момент засомневалась (всему виной бесконечные кольцевые развязки) и поняла, что ошиблась, лишь когда соседний поселок радостно поприветствовал меня бодрой вывеской и списком увлекательнейших мест, которые я могу там посетить. Почему-то реклама подействовала на меня плохо, и я развернулась и еще более бодрым, а главное быстрым шагом пошла к станции.

Через пять дней парижских прогулок я ехала в очередной электричке в аэропорт и составляла в блокноте список особенно запомнившихся «парижских дел и мест» и оставшихся мне на следующий раз «маст ду». Вот, что получилось. Когда я снова поеду в Париж, хорошо бы сходить в Лувр, подняться на какую-нибудь смотровую площадку и покататься по Сене на батобусах. А пока я очень рада, что успела: купить книгу у парижского букиниста, пройтись по улице Saint Andre des Arts и поесть там блинов, полежать на Марсовом поле, зайти в польско-еврейскую кондитерскую Sacha Finkelsztajn в квартале Маре, поездить в метро (я думаю, в любом незнакомом городе нужно испробовать общественный транспорт, особенно метро), выпить вина на набережной Сены и полюбоваться городским пейзажем с Монмартра.

Европейские Каникулы (II). Каталония

Значит, продолжаю. На чем я остановилась? На приземлении. Весь мой предыдущий опыт, говорит о том, что в независимости от того, когда ты прилетаешь в Испанию, первое, что тебя встречает, это потоки теплого воздуха. Ласкового, если ты замерз, или душного и утомительного, если не успел раздеться. Так было и на этот раз. Гул испано-каталонской речи в качестве пост-полетной терапии, полчаса на электричке и я на вокзале Barcelona-Sants. Где меня встречает Мириам в знакомом мне платье, из за чего кажется, что Питер был позавчера. И мы продолжаем наши питерские разговоры. И идем гулять по старым, но не самым туристическим местам, по улочкам Barcelonet’ы, встречаем чудесного мамонта (!).

И торопимся в Торредембарру, чтобы поужинать и успеть посмотреть на репетиции «человеческих замков» в Таррагоне. Успели. Castells или  torres humanas – это такая традиционная народная забава таррагонцев, состоящее в построении башен из… себя. Чем выше и сложнее – тем лучше. Ну не чудеса ли – утром в толкучке московского метро, вечером – в толпе шумных и здоровых средиземноморцев. Впечатлившись чудесами выносливости и ловкости, возвращаемся в Торредембарру.

Torredembarra – это небольшой городок между Барселоной и Таррагоной. С самым лучшим в Каталонии пляжем (по мнению Мириам, к которому я готова присоединиться). Вообще, я в этот раз как-то остро почувствовала разницу между морем и океаном. Какие у них разные характеры. Каталонское Средиземное – ласковое, теплое, хоть иногда и сердится. Оно бирюзовое, искрящееся и почти кокетливое. Оно словно говорит: «Расслабься, забудь о проблемах, смотри как все уютно и беззаботно, как живописно, ярко и весело». Океан тоже говорит «забудь о проблемах», но совсем другим тоном. Он говорит: «Забудь о своих мелких проблемах – что они по сравнению со мной, смотри, как бескрайни просторы, как величественно-мудра красота». Океан почти не приглашает купаться – вода всегда холодная, почти острая и колючая. Он глубокого синего цвета, суровый, и от его мощи захватывает дух.

(не думаю о проблемах)

Но пока рядом удивительной красоты море, римские развалины и средневековые улицы Таррагоны. И всем этим хочется со всеми поделиться. Потому что никакие фотографии не передают силы ощущений. И только редкие – отражают настроение.

 

Пока занятая каталонскими делами я думала и сомневалась о том, как лучше добраться до Парижа, остался единственный доступный мне способ – автобус. Очень долгий и утомительный способ. Чтобы сократить время в пути, я решила взять билет из Жироны. А за одно и познакомиться с ней. Жирона началась с поисков обеда. Если вы не в курсе, в Испании нужно обедать строго в предусмотренное для этого время – потому что проще найти обед в 4 утра, чем 4 дня. Мы же легкомысленно это самое «обеденное» время пропустили. Но прекрасно наелись едой из магазина сидя на берегу речки. А потом пошли изучать городской собор и прилегающий к нему монастырский парк-лабиринт, окруженный стеной, которая показалась нам почти китайской – так долго мы по ней шли. 

А потом я проводила Мириам до поезда, и для меня начался Париж. Прямо на жиронском автовокзале.

Лирическое отступление в защиту прокрастинации.

Не совладав с Флоренским, но все еще томясь жаждой чтения на борту airBaltic, я наткнулась вот на эту статью в самолетном журнале. И вот уж она-то попала мне в жилу. Бальзам на душу. Для нечитающих по-английски – мой выборочный вольный перевод:

Ничего неделанье на протяжении долгого времени – это умение, даже искусство, которое нужно оттачивать медленно, десятилетиями, это как нахлыстовая рыбалка или приготовление суши. Искусство Неакивности: вот он - предмет, достойный философов.

Недостаточно сидеть без дела в какой-то конкретный момент. Это может всякий. Улицы, магазины и офисы полны людьми, у которых либо слишком мало работы, либо слишком много, и ни те, ни другие не очень-то рады этому факту.

Нет, нужно стать хозяином своего собственного времени, а после использовать его по своему усмотрению. <…> Нужно время, чтобы понять, распознать, какие два или три из множества принимаемых нами решений, действительно важны. 

И прокрастинация – наш большой союзник. Кто бы ни назвал прокрастинацию «вором времени», он не знал, о чем говорит, и уж точно никогда не заходил на фейсбук.

Нас пичкают пословицами и всяческой другой пропагандой против прокрастинации: «Не откладывай на завтра то, что можешь сделать сегодня», и так далее. Ерунда. 

Прокрастинация дает вам больше времени на принятие решения. Когда это было плохо? <…> 

Если есть возможность отложить выполнение чего-то, откладывайте. Даже если это что-то хорошее, всегда может появиться что-то лучшее. А если это что-то плохое, отложите это так надолго, чтобы это возможно никогда не произошло. Именно так поступают все правительства  со своими проблемами. Они это называют «пинать консервную банку вдоль дороги». <...>

Европейские Каникулы (I). Смазанное настроение или подпоясался и пошел.

Так получилось, что на это раз вещи я собирала наскоро, да в общем-то и собирать было особо нечего – путешествую я без багажа, разрешенный вес ручной клади – 8 кг, а это значит, компьютер, книжки, яблоки на завтрак и пара футболок.

Путь начался в Чебоксарах, на автостанции. Потом был автобус до Казани, до московского поезда несколько часов, домой уже не поеду – весь город перерыт. И вот я стою на вокзале с рюкзаком – совсем как турист, хоть вроде и дома. Надо признаться, даже в таком состоянии (истерзанном подготовкой сразу ко всем соревнованиям вселенского значения), город не лишен обаяния. Я дошла до универской библиотеки, взяла «Праздник, который всегда с собой» (все-таки, в планах Париж), пообедала новомодной «быстрой азиатской едой» со случайно встреченной Лилей, и вернулась на вокзал в компании случайно встреченной Кати.

(Катя и Казань, оккупированная кротами-мутантами)

Мой вагон нетипично оказался раскрашенным в цвета испанского (или каталонского?) флага. И вот я в поезде. Со мной Хемингуэй, травяной чай и котлетки из брокколи. Отличный набор.

Утром все было как-то механически, на автомате. Очередь перед еще неоткрытым вестибюлем метро – эскалатор – переход – вагон – эскалатор – 5:52 – быстрым шагом к аэроэкспрессу – 5:58 – не успеваю купить билет, куплю по приезде, на платформе – просыпающаяся москва за окном поезда, бодрые истории москвичей из бортового журнала, о том как они любят добираться этой чудо-электричкой до аэропорта, когда едут погулять в Рим на выходные… и вот – аэропорт.

Дальше – быстрый перелет до Риги, стремительная пересадка и показавшийся очень долгим полет до Барселоны. Я успела дочитать Хемингуэя, кажется, вздремнула, в голову полезли разные запутанные мысли. Попробовала снова читать – Флоренского (о снах - удивительно тонко и сложно). Нет, все-таки пока отложу.

Как же долго мы летим. Почему-то я плохо представляю себе эту длинную, хотя вполне спланированную поездку. Меня везде ждут, а сейчас, в самолете, я все равно чувствую себя как будто брошенной и непонятно зачем вообще куда-то еду. Полный упадок сил.

Может быть, полет кажется таким долгим, оттого что на этих «бюджетных» авиалиниях не кормят? С нетерпением жду встречи с Мириам. Хотя, кажется, уже сомневаюсь, в какой аэропорт лечу. Удивительное дело, как в дни отъездов человек бывает неуверен в самых простых вещах – какое сегодня число, который час.. несколько раз на дню хочется посмотреть в календарь и в билет..  

Очень длинный перелет.. Так лень говорить на иностранных языках, что хочется молчать. А еще хочется в душ и ботинки CAMPER. Все-таки 2 книги с собой – это слишком мало. Даже если ограничение 8 кг. Одна уже прочитана, вторая слишком сложна, но поскольку она единственная оставшаяся, не оставляет выбора. Надо с этим что-то делать.

Приземляемся. Итак, Барселона. Попытка #2 (или даже #3, если считать опыт почти двадцатилетней давности). Пока только из окна самолета. Все еще не верю (ей). 

Так «Жизнь и мнения» или все-таки «Сентиментальное путешествие»?

А то выходит, что писать у меня получается почти исключительно после больших дорог, и то не после всех и далеко не сразу. Зато почти всегда сентиментально, это да ;)

Но нет, не только путешествия. Хотя в ближайших постах речь пойдет опять о них ;). Но главное – это самоосмысление. (если бы носила очки, то в этом месте, я бы их поправила)

В общем, буду постепенно залатывать дыры в повествовании, структурировать жизнь и формулировать мнения. В первую очередь, чтобы освободить свою оперативную память. 

Дороги почти всегда полны впечатлениями и не щедры на время для их переваривания. Это почти как решетом воду носить. Ну, хорошо, не воду, а какой-нибудь мусс.

Так вот, в августе-сентябре я была удивительно дисциплинированна и записывала свои франко-испанские мысли в блокнотик. Правда, вернувшись, я попала в плен сначала к другим делам и впечатлениям, а затем к прокрастинации и туплению. Но вовремя записанные строчки позволяют мне сделать вид, что все пишется по горячим следам, а значит, в настоящем времени.

А еще, после прочтения «Одноэтажной Америки» очень хочется написать недурной травелог. Я, конечно, в отличие от чукчи из анекдота, не писатель, а читатель, но Ильф и Петров, внеочередной выходной и холод за окном очень настраивают на игру со словами.

Пражская зима, или Язык до Киева доведет (2)

Пятница началась с смски от Сашиной мамы, в которой она интересовалась, какой компанией я лечу через Будапешт, а то она услышала по радио, что Малев — венгерские авиалинии — объявил себя банкротом и отменил все рейсы. Конечно, я лечу именно Малевом. То есть, видимо, уже не лечу. Начинаем гуглить. Все так. Разорился. О компенсациях ничего не известно. Звоните на горячую линию. В Венгрию. Звоним. Естественно, все время занято. Ребята стали шутить, что я могу остаться у них до Пасхи (хм, только сейчас задала себе вопрос — почему именно до Пасхи..?), а я стала судорожно думать, как же мне все таки улететь домой. Конечно, покупку билета я отложила на последний момент (в первую очередь, потому что еще надеялась, что Малев пересадит меня на какой-нибудь другой рейс)

А в субботу приехала Беата — моя польская подруга, compañera моих галисийских приключений; мы не виделись два года. Встретились на вокзале и пошли по центру Праги, перешли Карлов мост, почти дошли до Пражского Града, но увидев внушительную лестницу, отступили и пошли ужинать (на следующий день мы до него все-таки добрались. Правда, на трамвае).

Чтобы не мешать степенным (хехе) Вербицким, а заодно и поближе познакомиться с Прагой, мы решили прибегнуть к чудесному couchsurfing'у. Саша с Ильей сказали: «Ну смотрите.. Только если вам что-то не понравится, или вы все-таки передумаете, вот ключи — приходите». (Забегая вперед, успокою вас, что все в порядке было.)

По пути к ночевке мы встретили чешских пионеров. То есть, когда мы их встретили, мы не сразу поняли, что это – пионеры. К нам подошли их.. вожатые (то, что они вожатые, мы тоже не сразу поняли). Пожилая очень милая пара рассказала, как они в молодости были в России, он в Ленинграде, она в каком-то трудовом студенческом лагере на целине (атмосфера, говорит, была хорошая, а вот работа – тяжелая). Странное чувство – было как-то отрадно, но и немного грустно их встретить. Кстати, книга, которую больше всего рекламировали в городе в те дни, называлась «О социализме с любовью, но без ностальгии». Любопытно?

На остановке нас встретил Зденек — добрый человек, согласившийся нас приютить, и большой любитель аргентинского танго. Оказалось, что для общения с Зденком английский нам не нужен — он говорит и по-польски и по-русски. Кажется, он еще на каких-то языках говорит, но нам вполне хватило и этих). И говорили мы долго. В основном о танго, но еще о путешествиях, музыке, стереотипах, поисках и людях.

А вот в воскресенье пришло время подумать о билетах. «Завтра в 7 22 я буду в Борисполе...» - с поправкой на время, это все тоже про меня. Долго сомневаясь, я все-таки купила билеты через Киев, где мне надо было придумать ночевку. И… снова спасибо NYI)) Меня приняла милая Ирина.

Правда, она сказала, что ее не будет дома, но не проблема – она составила для меня подробнейшую инструкцию (достойную быть заданием для Штирлица), о том, как добраться до ее дома, где взять ключ и каким образом очутиться в квартире. Самым сложным испытанием на моем пути было «прохождение консьержки»).

Справившись с операцией «Консьержка» и попав в уютный Ирин дом, я доложила всем заинтересованным товарищам о своих успехах и все-таки решила снова выйти в люди — я не могла позволить себе упустить возможность погулять по вечернему Киеву. Снова в метро, доехала до Золотых ворот, интуитивно спустилась к Крещатику и пошла вдоль его домов-великанов. Около одного из них гитарист пел о том, что останется после него и о том, что возьмет он с собой. Его озябший товарищ со шляпой в виду почти полного отсутствия прохожих лишь переминался с ноги на ногу. Стыдливо бросив какую-то монетку (наверное, слишком малого достоинства), я пошла дальше. Все-таки Киев производит впечатление маленькой, чуть более человечной, но все же Москвы.

Возвращаюсь «домой», снова преодолеваю консьержку, жду Ирины, радуюсь встрече с ней… аж до 4х утра. Мы начали говорить еще до полуночи и, как говориться, понеслось). Два филолога, называется. Только неодолимое желание спать сильнее потока сознания)).


Ночная Прага


Дневная Прага


И ночной Киев

И вот я дома) Еще не мечтаю о конкретных дорогах, но с нежностью думаю о гипотетических.

(Хочу написать отдельно про поезда (я намеренно их не упоминала в этом посте ;).)

Пражская зима, или Язык до Киева доведет (1)

Воспользовавшись тем, что у меня была открытая виза и свободные деньки, я решила навестить своего дорогого крестничка Тимоху и его родителей. Началось все в Кубе. То есть в Cuba Libre, куда мы пошли с Ай и Наташей разгонять зимнюю тоску (вообще, зимой мне весело, но иногда бывает всякое). Мы обсуждали мечтающиеся нам путешествия, я ныла, что мне хочется в Галисию, Питер, Краков, Париж, Прагу и куда только не.. Придя домой, я решила успокоить себя тем, что денег у меня все равно пока не хватит ни на какие путешествия, и залезла на skyscanner. И о чудо! Билеты в Прагу за 4000 рэ туда-обратно. Из Москвы, конечно, через Будапешт и с долгими ожиданиями (почти сутки в Будапеште на обратном пути), но какая разница! Беру не задумываясь).

Итак, вперед) В пути познакомилась с девушкой из Владивостока, которая тоже летела в Прагу – как же им везде далеко (знаю, знаю, что не везде…) но 8 часов лететь до Москвы! А главное – дорого… В следующем самолете познакомилась с девушкой, которая, оказывается, полетит со мной обратно – значит будем вместе куковать в Будапеште – обрадовались мы).

И вот она – Прага). Саша с Илюхой меня благополучно встретили) и усталые и довольные мы поплыли домой). Спать.

Видимо, когда рядом маленький ребенок, жизнь прекрасным образом становится размеренной, появляется режим – даже за пару дней я смогла почувствовать этот удивительный феномен)). Тимофей – отличный. Илья и Саша – тоже образцово-показательные). Все успевают и распространяют вокруг себя спокойствие и даже какую-то уверенность в завтрашнем дне).

Это мой второй визит в Прагу, и прошлые ощущения города почему-то стали туманными и неточными. Дабы освежить их, я решила испробовать пражский free walking tour. Сашка сказала, что в такой мороз ни один гид не придет на место встречи. Я пожала плечами и подумала, что вполне смогу погулять и сама. Подхожу к месту начала экскурсии и… примерно пять гидов ждут… меня. Хм. Пять гидов – я – пять гидов – я – пять гидов – я. Чувствую себя несколько неловко. В итоге пошла с госпожой, которая первая со мной заговорила. Яна. Оказалось очень интересно. Яна родилась в Праге, любит ее и знает, однако в «советское» время эмигрировала в Швейцарию, после перемен снова вернулась, когда Чехия председательствовала в ЕС, работала в какой-то правительственной организации, а когда председательство закончилось, уволили очень многих. Теперь она слишком молода для пенсии, но слишком стара, чтобы найти новую работу.. Поэтому рассказывает туристам о своем городе. С удовольствием, кажется.

А вообще, в Праге было красиво, но морозно. Снега им не досталось, а мороз без снега – какой-то труднопереносимый. Вроде и мороз, и солнце, и день чудесный – только совсем без снега – и, согласитесь, уже совсем не то.







[Продолжение следует…]